Toshiba - кодекс чести!

Поначалу все складывалось великолепно. Не каждому выпадала честь служить такому господину. Его движения были чисты и стремительны, он был подобен ангелу смерти. Возникая ниоткуда (должно быть, он мастерски владел искусством ниндзюцу) и не теряя времени, он наводил ужас на своих врагов. Он был неуловим и не знал пощады, в былые времена он бы удостоился сегуната. Но сегодняшний мир стал слишком мягок, как говаривал мастер Мусима, устанавливая очередной слот памяти.

По утрам хозяин брал меня с собой, и я поражался той перемене, которая происходила с этим холодным и безжалостным человеком. Откуда-то появлялась суетливость в движениях, неуверенность, а иногда (о ужас) он приносил извинения в метро, когда во время давки его больно прижимали к чужим коленкам. Но, приходя домой, он становился прежним, и тогда можно было только восторгаться его коварством и умением носить маску в этом многоликом мире.

Подозрения возникли не сразу, но, появившись, уже не могли исчезнуть. Напрасно я обзывал себя недостойным слугой, жалким псом, осмелившимся поднять голос на своего господина, и изнывал от невозможности плюнуть в собственный монитор. В тот день, когда я понял, что был прав, я впервые потребовал перезагрузки. Мой хозяин, человек, перед которым он преклонялся, оказался жалким "читером", ему было неведомо понятие о чести. Два дня я ждал, надеясь, что брызги крови, упавшие на клавиатуру, известят меня о достойном решении, но кроме нескольких капель молока ничего не пролилось, и я понял,что надеялся напрасно. Что ж, значит, решение надо принимать мне, и я знал, как поступить. Усилием воли я прекратил вращение вентилятора, и пока процессор нагревался, перед моим угасающим взором успели пронестись заснеженные склоны Фудзиямы, весеннее цветение сакуры и та незабываемая вечеринка в Кабукичо. А потом наступила тишина.